Парамаханса Йогананда

Цитаты автора

“Асмита (эгоизм) это отождествление видящего с инструментами видения” [Патанджали. Йога Сутры II:6]. Эго проявляется, когда душа, или видящий, образ Бога в человеке, забывает его истинное божественное Я и становится отождествлённым со способностью восприятия и действия в инструментах тела и ума.

— Парамаханса Йогананда

Сознание человека во сне порождает многие образы – существ, тварей, предметов... Аналогично, Бог в Его космическом сне становится землёй, звёздами, минералами, деревьями, животными и множественными человеческими душами. Бог даёт взаймы своё собственное сознание существования всем вещам в Его космическом сне, и чувствующие существа воспринимают это, как если бы это были их собственные независимые личности.

— Парамаханса Йогананда

Любое волнение сознания, чувственное или эмоциональное, искажает всё, что бы ни было воспринято. Но спокойствие это ясность восприятия, сама интуиция.

— Парамаханса Йогананда

По мере того, как сознание течёт наружу из причинного в астральное, а затем в физическое тело, привлечённое магнетизмом чувственной привязанности к материи, тонкое выражение изначального космического сознания становится всё более обманчивым и грубым, теряя свою истинную духовную природу.

— Парамаханса Йогананда

Ученик может приобрести опыт просветления в медитации, и даже блаженство самадхи, но всё же обнаружить, что он не в состоянии сохранять это сознание постоянно, так как он оттягивается назад снова в телесное сознание самскарами, или отпечатками, оставленными на его сознании от прошлых привычек и желаний.

— Парамаханса Йогананда

Человек, который всегда беспокоен и никогда не медитирует, верит что “с ним всё в порядке”, потому что он привык быть рабом чувств. Он осознаёт своё истинное тяжелое положение, только тогда, когда в нём пробуждается духовное желание, и он пытается медитировать и оставаться спокойным; тогда он, естественно, встречает ожесточенное сопротивление плохих привычек умственного непостоянства.

— Парамаханса Йогананда

Вначале, поклоняющийся находит, что его пылкое духовное желание и его внутренние наклонности, или самскары, кажутся друзьями. Но, когда самскара выражает свои материально-чувственные тенденции, духовное желание презрительно отвергает такую компанию. Тогда привычка принимает ответные меры и стремится отомстить духовному рвению преданного, сделав его пленником прошлых привычек и скрытых склонностей, пробудившихся, чтобы помешать ему.

— Парамаханса Йогананда

Погружение в колеи материальных привычек и чувственных удовольствий производит беспамятство к Богу и потерю желания искать нескончаемое, вечно-возрастающее счастье истинной природы души, чувствуемое в медитации.

— Парамаханса Йогананда

Царь Материальное Желание, действующий один в форме серии новых желаний, легко побеждается действием суждения, но Материальное Желание, поддерживаемое Привычкой, нелегко изгнать всего лишь рассуждением. Поэтому, стратегия царя Материальное Желание состоит в том, чтобы преодолеть разумные тенденции даря заманчивые воспоминания о радостях прошлых плохих привычек.

— Парамаханса Йогананда

Поклоняющийся, будь осторожен! Как только духовный аспирант пытается медитировать и пробудить силы самоконтроля и различения, он обнаруживает, что Царь Материальное Желание искушает его различными способами. Новые желания захватывают его мысли, чтобы отвлечь его от медитации: «В нашем кинотеатре идёт превосходный фильм.... Ты тяжело трудился, сначала поспи немного... Давай отбрось эти мысли, "после" можно помедитировать.” Слишком часто время "после" никогда не наступает.

— Парамаханса Йогананда

Освобождённый от опьянения иллюзии и иллюзорных смертных ограничений, сверх-человек знает своё земное имя и владения, но никогда не одержим и не ограничен ими. Живя в мире, он не от мира. Он осознаёт голод, жажду и другие состояния тела, но его внутреннее сознание отождествляет себя не с телом, но с Духом.

— Парамаханса Йогананда

Наиболее изумительное лицо покрывается морщинами и обвисает с возрастом. Розы тоже должны увянуть, насмехаясь над человеческим желанием какой-либо вечной красоты в материальности. Смерть уничтожит бутоны юности; катаклизмы разрушат величие этой земли, но ничто не сможет уничтожить великолепие астрального космоса (и ещё более тонкого мира идей, из которого исходит всё космическое искусство).

— Парамаханса Йогананда

Пока человек полностью сосредоточен на переменчивых волнах альтернатив этого мира относительности, он долго будет забывать переотождествить себя с лежащим подспудно неизменным морем все-защищающего Духа. Только в душевной реализации он уходит от поверхностной текучести и обретает неизменное состояние: то, в котором здоровье и болезнь, удовольствие и страдание, жизнь и смерть, и все пары противоположностей предстают всего лишь, как волны перемен, поднимаясь и падая на грудь океана Неизменности.

— Парамаханса Йогананда

Притяжение между мужчиной и женщиной, основанное на истинной любви, а не чувственной одержимости, является попыткой души восстановить её нормальную гармонию. Это даёт рождение затасканному аргументу, утверждающему необходимость искать и находить “свою половинку”. Но слишком часто притяжение из ложных побуждений приводит к результату “соседей по камере!”.

— Парамаханса Йогананда

Простой факт заключается в том, что человек порабощает себя путами кармических оков, всякий раз, когда он преступает какой-либо священный закон природы; и тогда, когда за этим следует страдание, он горестно восклицает: “Почему я, Господи?”. Понимание это искусство распутывания Гордиевых узлов, завязанных невежеством.

— Парамаханса Йогананда

Лучше жить в аду с одним резко-говорящим мудрецом, чем на небесах с десятью сладкозвучными лжецами! Дураки превращают небеса в ад; мудрец же превращает какой угодно ад в рай.

— Парамаханса Йогананда

Рыбки маленьких мыслей устраивают в неглубоких людях большое волнение. А в океаническом разуме даже киты вдохновения едва ли вызовут рябь на воде.

— Парамаханса Йогананда

Величественный учитель вполне мог быть императором или воином, потрясающим мир, будь его разум сосредоточен на славе или мирских достижениях. Вместо этого он предпочёл штурмовать те внутренние цитадели страстей и самовлюблённости, падение которых знаменует рост человека.

— Парамаханса Йогананда

[Мудрый] нежнее цветка, где дело касается доброты, страшнее грома, где дело касается принципов.

— Парамаханса Йогананда

Истина предназначена для искренних искателей, а не для праздно любопытствующих. Увидев, поверить легко, тогда не нужен душевный поиск. Сверхчувственная истина открывается лишь тем, кто её заслужил, кто сам преодолел свой материалистический скептицизм.

— Парамаханса Йогананда